Литературный портал

Современный литературный портал, склад авторских произведений

Без названия. Жду здравой критики.

  • 02.08.2017 01:03

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ЕВА

12:20.  Заставляю себя это писать, иначе выболтаюсь тому, кто никак не должен это слышать. Никто не должен об этом знать. Я влюбилась. Да, звучит банально, эти слова уже не отражают всю гамму чувств, что я вкладываю в них. Невольно становится грустно. Не столько из-за слова, сколько из-за понимания того, что мои чувства никому не пригодятся. Нет, не так. Они бесполезны. Сорняк, непонятно как попавший на поле благородных цветов. Урод среди прекрасных красавиц. Но, в отличие от них, страшно живучий тип. Корни его глубоко проросли в сердце, обвили легкие – дыхание становится прерывистым, тяжелым, сердце сжимается от неосторожных корней – вырывать уже слишком поздно, слишком опасно для жизни. Я поздно заметила его: он так выгодно сливался с моим садом. Ядовитый мерзавец. Очень скоро мне будет сложно скрывать его, он истребит весь мой сад. Поглотит их в себя. Я не смогу больше вести себя как прежде: буду краснеть от случайных прикосновений, от дружеских объятий, ставших для меня мучительными. Во мне уже сейчас начинает что-то кричать и рваться наружу – но пока еще достаточно тихо, чтобы заглушить его голосом разума, остановить себя от необдуманных действий, от поступков, о которых я пожалею.

***

Девушка вздохнула и оторвалась от блокнота.

«Что же мне делать?»

«Признаться!»- крикнуло сердце.

«Ага, разбежалась прям. И чтобы потом изгоем считали? А в глаза я как ей посмотрю?»- и уже более обреченно.- «Да и не приняты у нас такие чувства. Нет. У нее не приняты. Она не может быть такой же… Я видела ее с парнями, я слышала, как она о них говорила, так что… Это просто невозможно».

А в сердце Евы все равно теплилась отчаянная надежда.

 

 

20:38  Ходили вместе в кино. На комедию. Специально выбрала. Потом украдкой смотрела на данину улыбку. Как же она ей идет. Смеется – будто лепестки распускаются. А улыбка наполняет теплом. Где-то слышала фразу «будто солнца выпил». Так вот, это обо мне. И я впитываю все это, как губка, не смотрю фильм и стараюсь не думать о плохом. Все ведь хорошо, правда? Пока я молчу, я ничего не разрушу, я буду также смотреть на эту улыбку. Господи, как же хочется поцеловать ее, именно в улыбку. Запечатать ее для себя ото всех. Спрятать. Я такая эгоистка.

Говорю «господи», а сама не верю в его существование. Нет, я не атеист, я считаю, что «Бог» это существа более развитые, чем мы. Мы – их эксперимент или что-то типа этого. За нами наблюдают, делают отчеты, так же, как и мы смотрим за животными в зоопарке или в дикой природе. И за смертью скрывается что-то еще. Перерождение ли, выход из этого мира… Сразу вспомнились восточные религии. Не все, что в них заключается – ложь.

***

Ева собиралась написать еще пару строк, как зазвонил телефон. Девушка от неожиданности вздрогнула и отложила ручку.  Имя, высвеченное на экране, эхом отдалось в ушах, судорогой – в сердце да там и застряло.

-Да, привет, не занята,- она отложила блокнот, стесняясь своих мыслей на бумаге, будто бы звонившая могла каким-либо образом прочитать все, что там написано. Но не скрыть было глупой улыбки во все лицо, ее даже было слышно сквозь трубку – зайди кто, и все станет ясно.

Спустя несколько минут девушка в спешном порядке собирается на встречу с обладательницей «распускающейся» улыбки. Крутится у зеркала, выбирая лучший наряд. Останавливается на простом, но вместе с тем в нужных местах облегающем платье, с глубоким вырезом, начиная от колен. Но с сожалением вешает его обратно в шкаф и надевает обычные шорты и футболку. Еще не время. Пару взмахов щеточкой по ресницам, немного блеска на губы – и легкий макияж готов. Распущенные волосы аккуратно расчесывает, делает идеально ровный пробор. Теперь можно идти. Но она еще раз критично себя оглядывает и ободряюще улыбается себе в отражении.

Пищит открывающаяся калитка – замок на время спрятан, можно выходить – а Ева уже летит на место встречи. Прямые волосы развиваются на ветру и отливают золотом. Она мила, хоть и не подозревает об этом. Не подозревает, насколько. Знает, но не понимает.

10:15 А летние дни наполнены откровениями, сама природа показывает нам всю себя во всей ее красе. Вы только взгляните на сочную зелень травы и листьев на деревьях! Сам запах свежескошенной травы напоминает о ней. А еще говорят, летом звезды ярче, и даже в городе можно увидеть падающие звезды. Ну, не совсем это звезды, но людям проще так думать. Отдаваясь такому сказочному слову, проще поверить в осуществление желаний.

Боюсь очень грозы. Вчера с ней под такую попали. Шли по парку, солнце приятно светило, и щебетали птицы – и незаметно набежали тучи, небо потемнело – иногда только вспыхивало яркой молнией, и гром трещал с такой силой, что закладывало уши. И потом пошел дождь. Или, точнее, залил весь наш маленький мир. Мы вымокли до нитки, пока бежали до ее дома. Я старалась хотя бы не вскрикивать от внезапных раскатов грома, но… данина рука была в моей. Это меня спасло. Ее рука в моей – да хоть за моря. Так мы дошли до дома. Потом долго сушили волосы и одежду. Не поверишь, какое у нее прекрасное тело. Не может быть не прекрасным. Я так засмотрелась, как она снимает с себя одежду – ямочка между ключиц, впадинка между грудей, ложбинка на ее животике – я все жадно снимала в моей памяти, высекала на граните своей души и даже позабыла о своем страхе. Вот она, сила исцеляющая и отравляющая.

Вот Дана повернулась ко мне спиной – мягкий затылок каштановых кудряшек, изгиб позвоночника и две ямочки на пояснице. Две милые ямочки, к которым тянулись мои пальцы. Нельзя. Но я коснулась. Очень нежно и осторожно. Заметила. Резко обернулась с деланным возмущением. Щекотно, говорит. И опять солнечная улыбка. Невольно опустила взгляд ниже. И пусть я покажусь самой себе извращенкой, я не смогла отвести глаз. Я тупо пялилась на ее грудь. На ее прекрасную грудь. И в тот момент я очень хотела затащить Дану в постель. Я уже прокручивала в голове, как наброшусь на нее, как буду целовать и где. Я сглотнула и приказала себе перестать так откровенно смотреть, я ж себя выдам. С потрохами, с отравляющим меня сорняком. Но она опередила.

«Не смотри так»,- говорит смущенно.

Я поспешно отвожу взгляд.

«Извини, — говорю,- просто задумалась, как бы я смотрелась с таким размером – у меня же они вдвое меньше твоих».

Улыбаюсь. Дайте мне оскар за такое искусное вранье.

«Да ладно,- утешает,- если бы могла, отдала бы тебе их. А ты бы мне – свои. Они у тебя очень аккуратные, как две ягодки».

Как ягодки, подумать только. Только она так могла сказать.

***

Девушка откладывает блокнот и снова вспоминает ее тело, каким она успела его запомнить. А дальше все рисует воображение. Как твердеют соски, грудь часто вздымается, и напрягаются ягодицы. И сладкий стон исходит из ее уст.

А руки тем временем блуждают по телу, глаза прикрыты, дыхание учащается. Сейчас она видит в своей фантазии, как данины руки ласкают ее, спускаются туда. И ноги раздвигаются им навстречу.

Все закончилось быстро. Приглушенный подушкой стон – и вот она снова в реальности. Одна.

 

15:15 Когда-нибудь я затащу тебя в постель.

 

19:25 Решила выйти на улицу – в квартире душно. Гуляю по вечернему проспекту, с набережных слышится запах моря. Хотя правильнее сказать залива. Но море звучит красиво, как ни крути. Море. Мягкое «мо» и гладкое «ре» напоминают о камнях, что вымываются волнами. Я такие в детстве любила собирать. Помню, так еще были стекляшки – зеленые и белые – их я любила особенно. Считала своим кладом. Помню, дома до сих пор лежит где-то мешок с моими «сокровищами». Что удивительно, они до сих пор пахнут соленой свежестью, хотя прошло больше десяти лет. Удивительное дело.

А ноги между тем вывели меня к парку, где мы часто проводили с ней время. Брали с собой огромный плед, кучу всякой еды и книги и шли сюда. Читали друг другу особо понравившиеся строчки или забавные моменты, дремали на солнышке и просто разговаривали. Больше всего люблю эти моменты.

***

Девушка улыбнулась и посмотрела куда-то вдаль. Туда, где они часто лежали на пледе, где сейчас Дана лежит с молодым человеком – ее голова на его коленях. И солнечные улыбки – не ей. Теперь они читают друг другу книги и кормят друг друга. Вот он наклоняется к ней, а она тянется навстречу…

Ева встала со скамьи, убрала блокнот и направилась прочь из парка.

 

23:00 Все в порядке. Со мной ведь все в порядке, правда? Не первый раз уже вижу такое, пора бы уже привыкнуть. А еще лучше не ходить туда и не мучить себя, разве тебе это нравится? Но что-то мне подсказывает, что на этот раз все серьезно. Завтра расскажет, как у них все прошло, я порадуюсь за нее. Потом, когда они поссорятся – подбодрю и утешу. Я сейчас довольно жалко выгляжу, записывая все это. Почти ничего не вижу из-за дурацкой пелены перед глазами. Ну хоть сейчас я могу себя немного пожалеть, понять, побыть слабой, в конце концов. Чтобы потом были силы утирать ее слезы, чтобы держать в себе рвущиеся наружу слова.

Может, я и развожу драму здесь, но это мои чувства. Им больно. Мне больно. И если я услышу от других советы в духе «так перестань общаться, проблема-то»: а вы попробуйте на моем месте с такой же легкостью, с какой вы сказали, воплотить свои слова в жизнь. Ну что, получилось бы?

 

01:30  Долго не могла написать, что случилось на прошлой неделе.

Тогда плохая погода застала нас в моей квартире. Я предложила ей переночевать, на что Дана ответила согласием. Посмотрели фильм, немного выпили и завалились на одну кровать. Как мне показалось, ее быстро сморил сон. Она так мило посапывала – обе руки под щекой, ресницы иногда вздрагивают. Что-то интересное, видимо снится. Я обняла ее и прижала себе. Постепенно и меня начало клонить в сон. И тут что-то коснулось губ. Еле-еле ощутимо. Я открыла глаза и застыла. Наткнулась на ее взгляд. Зрачки расширены, как у кошки, дыхание прерывистое.

«Закрой глаза»,- прошептала.

Я помедлила пару секунд и выполнила просьбу. До сонного мозга еще не доходило, что она собирается сделать.

Губы как обожгло от ее поцелуя. Был ощутимо слышен  запах вина. Надо было бы мне еще тогда насторожиться, но этот аромат просто опьянил меня.

Я ответила на ее поцелуй – пыталась передать через него свои чувства. Дана тут же нависла надо мной. Начала целовать шею и ключицы. Я тогда прямо на месте сошла с ума от счастья и возбуждения. Даже голова закружилась. А когда она добралась до груди, я все же не сдержалась – застонала. И тут уже Дана оказалась подо мной, майка от пижамы куда-то улетела, и теперь я ласкала ее грудь, я слышала ее постанывания. Она выгибалась подо мной. Господи, насколько же она чувствительна?! Выпить всю до дна – такой была моя первая мысль. Скушать всю без остатка. Как же тут не польститься, когда она сама просит? Не помню, как смогла себя остановить. Голова лишь прояснилась только тогда, когда я залезла под душ. Да, я уже и так наделала дел.

Когда вышла – Дана уже спала.

«Что будет утром?- крутилось в моей голове.- Как мне вести себя с ней? Как в глаза смотреть?.. Я ж ей практически призналась! Что делать? Что делать??»

Я тогда так и пролежала до утра,  не сомкнув глаз. Но потом сон победил, и я уснула.

Разбудил меня восхитительный запах банановых блинчиков. Моих любимых. И только она могла их так вкусно готовить. Впереди меня ждал разговор. Но Дана вела себя, как ни в чем не бывало. Неужто не помнит? Все она помнила. Даже извинилась за свои ночные дела. Перепила немного, вот и занесло не в ту степь. Забудь, говорит, это, пусть все останется между нами.

Задним числом я ожидала нечто подобного.  Но тогда, ночью, мне показалось, что она все-таки любит меня. Милое душе заблуждение резануло глухой болью. И оно эхом отдалось во мне.

«Все в порядке,- выдавливаю из себя,- с кем не бывает».

Поспешно встаю из-за стола под предлогом внезапных дел. Я тогда чуть перед ней не расплакалась. Вот, что ты натворил, мерзкий сорняк!

И вот с того дня мы практически не видимся. Мне тяжело ее пока видеть, а ей – ,видимо, стыдно.

 

21:07 Все чаще стала приходить на набережную – там и дышится легче и думается. За все это время моих размышлений, я пришла к выводу, что все равно бы, будь шанс вернуться назад, в ту ночь, ничего не изменила. Я эгоистично урвала кусочек моего счастья… ценой нашей дружбы. Не знаю, что будет дальше, я… пока не хочу больше писать.

 

Спустя два месяца, 23:45 Не поверишь, я до сих пор с ней общаюсь. Уже не вспомню, каким образом все наладилось, но она ведет себя, как прежде. А я стараюсь поспевать за ней в этом. Помню только, как она позвонила мне – поздравить с днем рождения. Пригласила прогуляться. Мои воспоминания о ее поцелуях тогда уже немного успокоились, осели илом на дне, затаились в корнях сорняка. Я смирилась. Гуляя с Даной, утвердилась в решении все-таки ей признаться и, наконец, почувствовать себя отвергнутой,  отпустить.

Ее подарком, кстати, были билеты  в Коста-Рику. Только она знала, что там производят сорт моего любимого кофе. Я подавила жгучее желание поцеловать ее, и, вместо этого, порывисто обняла.

И сейчас я собираю вещи. И свои силы. Потому что признаться я ей собираюсь там. Пожелай мне удачи.

 

12:35 Как жаль, что я не умею рисовать, ибо описания сей красоты просто недостаточно. Это просто рай какой-то! Белый песочек, прозрачная голубизна Каспийского моря и поистине комфортный для меня климат. В этом мини-раю меня немного разморило, и я стала несколько вольна в прикосновениях.  Что удивительно, моя любовь не возражала! Значит ли это, что…

***

-Ну ты там скоро? Хватит писать!- данина кудрявая голова улеглась на плечо девушки.- Кстати, что там пишешь?

-Да я уже все,- девушка поспешно закрыла блокнот и убрала его в пляжную сумку.- Ничего особенного, просто наброски для будущего произведения, если повезет с музой, конечно же.

Ева погладила вихрастую голову, украдкой вдохнула запах ее тела – и не смогла сдержать блаженной улыбки.

-Эй,- солнечная улыбка,- не нюхай меня!

Дана ущипнула девушку за бок:

-Догоняй лучше!- и побежала по молочному песку.

-Ну, держись,- хитро улыбнулась Ева, и крикнув бегущей,- Пощады не жди!

Они бежали вдоль берега, а вокруг не было ни единой души – на миг можно представить, будто они вдвоем на необитаемом острове. Две зрелые, здоровые девушки. К тому же очень близкие. Как думаете, чем это может закончится?

 

16:17 Я со смехом повалила Дану на песок и, не удержавшись, упала за ней. Если быть точнее, прямо на нее. Ее голос, ее смех, вокруг ни души – море, пляж и мы. И я не удержалась: нависла над Даной, посмотрела в глаза – как бы спрашивая разрешения – и поцеловала. Она не оттолкнула, не ударила меня по щеке с возмущением и не убежала со слезами на глазах. Она ответила на мой поцелуй! С ума сойти! У меня даже внутри все задрожало от едва сдерживаемых чувств.

Мои руки гладили ее тело – я большего им не позволяла, боясь спугнуть момент. Дана же нагло запустила руки мне под майку, представь!  Каждое ее прикосновение сопровождалось мурашками по спине и накатывающими волнами возбуждения. Наших дыханий не хватило на долгий поцелуй, и мы прервались. Смотрели друг другу в глаза и часто дышали. Зрачки у обоих расширены – она тоже возбуждена, как и я?

Набралась смелости и коснулась ее клитора сквозь трусики. Она прикрыла глаза, с ее губ сорвался стон. Что происходит? Почему она так себя ведет? Сказать, что я была в глубоком шоке, ничего не сказать. А руки все смелее ласкали ее тело. Потом каким-то невероятным образом  она оказалась сверху и продолжила свой поцелуй. Мне было очень хорошо, но это было не правильно.

«Стой,- сказала я, чуть отстранив ее,- погоди».

«Что такое?»- спросила Дана.

Я вдохнула и выдохнула:

«Извини, но я не могу так,- и, чуть помедлив, выдавила,- мне кажется, мы совершаем ошибку…»

«Ошибку в чем?»

Я смущенно опустила голову и пробормотала:

«В том, что делаем это».

Она слезла с меня и села рядом.

« Ты считаешь ошибкой то, что мы целуемся?»

«Э-э-эм…как бы сказать…- я подобрала ноги к себе и обняла их,- и да и нет».

Честно говоря, я опешила от ее прямоты и не знала, как себя вести. Мне хотелось под землю провалиться, убежать в домик, который мы сняли, собрать вещи и улететь первым самолетом. И забыть этот разговор.

«Я целую тебя и позволяю это делать, так как,- Дана заглянула мне в глаза,- я люблю тебя. В этом заключается ошибка?»

Что? Она меня любит?

Меня бросило в холодный пот, а сердце забилось быстрее и тут же больно кольнуло: момент в парке на нашем месте – поцелуи, жаркие объятия…

«Любишь меня? В то время как целуешься с другим? Да уж, хороша любовь. За дуру меня держишь?»

«Я не обязана перед тобой отчитываться,- ее слова летели ножами в мое сердце.- Не взваливай на меня ответственность. Не имеешь права».

А в горле стоял предательский комок – те слова дались мне с большим трудом. Глаза защипало, и я поспешно подняла их на небо. И я не увидела, как ее лицо резко изменилось.

«В последнее время ты все меньше стала уделять мне внимания. Ты не интересуешься ни моей жизнью, ни моими чувствами и переживаниями. Тебя интересует только твоя жизнь, и когда мы встречаемся, то только говорим, что о тебе».

Слезы, которые собирались покатиться по щекам, вдруг высохли. Я опустила на Дану взгляд. Мое лицо окаменело, резко перехотелось себя жалеть.  Ее же взгляд был обращен куда-то вдаль, грустный такой взгляд, печальный.

«А ему всегда интересна моя жизнь и что у меня на душе. Он старается знать обо мне больше и всегда уделяет мне много внимания. В отличие от тебя. Из-за этого, я чувствую себя любимой и нужной,- она улыбнулась.- Раньше такие тёплые чувства возникали и с тобой, но сейчас ты совсем забыла обо мне и то, что мне нужно твоё внимание, поддержка и забота. Ты мне не даёшь этого, а он дает,- она перевела взгляд с моря на меня – на секунду ее улыбка стала хищной.- Возможно, что ошибку совершаю я, а не ты?»

По мере того, что Дана говорила, я начала понимать, с кем я связалась. В кого влюбилось мое глупое сердце. И как же я сразу не заметила? Хоть мы и дружили достаточно долго, я этого попросту не замечала.  Я действительно была такой дурой?

«Знаешь,- я встала с песка,-  я считала тебя другой, а ты оказалась… такой эгоисткой. И это ты помешана на себе, а не я. И я не хочу быть заменой. Мне жаль этого парня,- и уже шепотом.- И как же меня угораздило…»

Я развернулась, сделала пару шагов и остановилась:

«Как же я в тебе разочаровалась»,- бросила через плечо и направилась в сторону домика. Паковать вещи. А в след мне донеслось:

«Как и я в тебе».

Именно с этого момента моя любовь к ней дала огромную трещину, а сорняк впрыснул весь свой яд в сердце и зачах.

Я ехала в аэропорт, а из моих глаз катились непрошенные слезы. Я дала полное разрешение жалеть себя, пока не прилечу домой, дала раскиснуть и поплакать. И плевать, что остальные смотрят. Мне тут сердце разбили. И очень даже больно.

 

12:20 И так, прошло довольно много времени с этих пор, воспоминания с тех пор поблекли, а чувства растворились и забылись. Я решила прекратить сюда писать, так как мне это уже без надобности – мне не требуется молча держать в себе чувства, которых уже нет. Но закончить все-таки я его должна. Должна поставить точку.

Сейчас я уже не общаюсь с Даной – как после такого можно вообще поддерживать отношения? Но слышала от других, что она успешно вышла замуж за того парня. Не могу сказать, что я за нее рада, но и не буду злорадствовать или завистничать. Спасибо ей на том, что глаза вовремя открыла и за билеты в Коста-Рику. Дана дала мне начало к путешествиям – исследованиям новых для себя стран и необычных мест. И я очень счастлива. И в моем саду больше не растут никакие сорняки.

 

 

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

ДАНА

Я сидела на крыше и курила одну сигарету за другой: давненько такого со мной не случалось. Но повод был. Эта сука. Увела моего парня. Дрянь с силиконовыми сиськами. Потаскуха, которая сядет на любой член, лишь бы было бабло. Сука. Как же ненавижу. Ненавижу этого мудака, ненавижу ее. Горите суки, горите и трахайтесь.

И  неважно уже, сколько лет мы встречались, что все уже шло к свадьбе. Да и плевать на свадьбу. Все и так хорошо было. Он самый близкий мне человек. Был. Кончил в душу и променял на дешевку. Думаешь, жизнь мне сломал? Думаешь, я сдамся? Ха-ха, да как бы не так! Ты будешь видеть мою счастливую улыбку, ты будешь жалеть о своем решении. А наши воспоминания добавят соль на рану. И ты придешь ко мне, нет, приползешь на коленях, умоляя вернуться. А будет поздно, милый! Не хером думать надо было, а головой!

***

Дана зло улыбнулась и бросила не затушенную сигарету вниз. Закрыла тетрадь и потянулась. От написанного ей стало несколько легче, по крайней мере, уже не так жгла боль – она обратилась в другое чувство.  В интернете говорили правду: когда выговариваешься на бумагу, становиться легче. Дана вдруг вспомнила о подруге – та уже несколько дней ведет себя как-то странно, но не хочет говорить на эту тему, увиливает от нее, валяет дурака. Она переживает за Еву, хоть и понимает, что все имеют права на секреты, даже подруги друг от друга.

Девушка вздохнула. Все эти проблемы рано или поздно закончатся. А сейчас надо топать домой, иначе Ева замучает своими звонками. Это, конечно, хорошо, что она волнуется, но она давно уже должна привыкнуть к ночным прогулкам Даны.

Тренькнула смс-ка. Ну вот, легка как на помине.

«Дан, на время смотрела? Где тебя опять носит?»

«Где носит, где носит. Дома я».

Ответ пришел незамедлительно:

«Стою возле твоего дома. У тебя в квартире свет не горит. И не надо мне врать – ты же знаешь, как мне это не нравится!»

«Извини. Уже иду домой».

Девушка улыбнулась: приятно, когда о тебе беспокоятся. Образ подруги тут же сменил бывший. Улыбка Даны сразу померкла.

«Козел. Ты не заслуживаешь, чтобы о тебе даже думали».

Она мысленно сожгла его образ на костре и переключилась на внешний мир. Вокруг нее мелькали люди, одетые однозначно не по погоде:  еще утром было по-летнему тепло, как и подобает июлю, но к вечеру температура опустилась до 8 градусов. Вполне обычное явление для северо-западного города, но до этого довольно долго была жаркая погода. А люди, как известно, очень быстро привыкают ко всему хорошему. И не только к погоде.

***

Ева, как обычно, встречала меня на том же месте: в парке на лавочке в несколько улиц от моего дома. По ее теплой одежде было видно, что вышла она недавно, да еще и прихватила для меня куртку.  Как хорошо, что есть на свете люди, остающиеся рядом с тобой несмотря ни на что. Много таких не нужно, достаточно одного человека для каждого.

Она сидела и смотрела по сторонам – гадала, с какой стороны я появлюсь на этот раз. А заметив меня, встала и помахала рукой, мол, вот она я, тут тебя жду, дуреха. Не успела я к ней подойти, как тут же началось:

-Вот говорила я тебе взять с собой теплую одежду. Почему ты меня никогда не слушаешь?- привычно заворчала она.- В следующий раз даже не жди, не приду больше, поняла?- говорила, между тем накидывая на меня куртку.

И добавила:

-И не гуляй так поздно, хоть город культурный, а даже он имеет кучу сомнительных личностей.

-Хорошо-хорошо, извини, больше не буду,- я примирительно подняла руки и улыбнулась.

-Смотри у меня,- она состроила хмурую мордашку и погрозила пальцем. Впрочем, ее хмурость через секунду исчезла без следа. Было видно, что она за меня очень переживает.

Мы познакомились друг с другом на первом курсе: случайно сели вместе. А через некоторое время с ночевками оставались друг у друга. Ничего примечательного. И даже она ничем не выделяется, ан нет, что-то общее да нашлось.

Пока Ева рассказывала, как прошел ее день, мы подошли к моему дому. Фонарь, стоявший рядом с подъездом, осветил нас, и я увидела евины розовые щеки, которые сразу не приметила. Долго, значит, ждала, как бы не простыла.

-Спасибо,- улыбаюсь,- иди домой, замерзла, наверное, уже.

-Ага, уже иду,- ответная улыбка. Затем она разворачивается и уходит.

А потом я вспоминаю о… и останавливаю:

-Погоди, — говорю,- пойдем лучше ко мне, отогреешься немного.

-Да ладно, не стоит,- неловко улыбается и качает головой.

Я подхожу к ней и беру ее за руку.

-Пойдем, пойдем,- тяну ее за собой в подъезд,- у тебя руки ледяные.

Весь наш дальнейший подъем сопровождается тихими возмущениями Евы, но я их слушаю в пол уха. Я знаю, что она не может мне сопротивляться.

Мы выпили чай, но евин румянец так и не прошел. Наоборот, стал еще гуще.  До пунцовости. Неужто она…  Я решила проверить свою догадку: села рядом с ней и начала поглаживать ее колени, поднимаясь к бедрам. Реакция Евы долго не заставила себя ждать:

-Что ты делаешь? П-прекрати!- нервно запищала она. И неуверенно попыталась убрать мою руку.

-Я хочу помочь тебе расслабиться, ведь ты уже несколько дней ходишь сама не своя,- зашептала я ей на ушко. По евиной шее тут же забегали мурашки, дыхание стало учащенным.

Я улыбнулась ей в волосы, чтобы она не увидела выражения моего лица. Наверное, со стороны оно было торжественно-хищным. Так дикий зверь радуется пойманной добыче. Сейчас я могла бы сделать с ней  все, что захочу, тем более, мне так не хватает физического тепла…

Ева оттолкнула меня и выбежала из комнаты, чуть походя хлопнула входная дверь. Убежала, значит. Я рассмеялась.

-Только сейчас поняла, что чувствуешь ко мне? Глупышка.

Евины чувства мне не были в новинку, так как я была популярна у обоих полов. И мне это чертовски льстило.

 

***

Я стала плохо спать по ночам. Привыкла, что рядом со мной кто-то есть, кто вовремя вытащит из кошмара и согреет холодными ночами. И кровать мне казалась очень огромной и пустой. А еще… он мне снится. Практически каждую ночь я вижу его предательскую морду и… не хочется даже просыпаться. Ненавижу себя за это. Если так и дальше будет продолжаться, то я совсем завяну. Вот почему я считала всякие влюбленности лишь обузой, даже тогда, когда была с ним. Я все сомневалась в его чувствах (но молчала, ибо доверяла ему), когда мы встречались, но он вел себя как настоящий влюбленный, и я перестала загоняться, а потом… случилось это. Я сначала не заметила перемены в его отношении ко мне, но, когда заметила, поняла, что это все, конец. Конец нашим отношениям. Мне хотелось закричать на него, ударить по щеке, но этим я бы не смогла его вернуть.

-Скажи уже это,- наконец собралась с мыслями я.

-Что сказать, милая?- непринужденно спросил он. При слове «милая» мне захотелось расцарапать ему лицо. Но вместо этого я выдавила:

-Что у тебя есть кто-то на стороне,- он удивленно на меня посмотрел.- Не тяни, давай покончим с этим как можно скорее,- я старалась казаться беспристрастной, его же лицо, наоборот, выглядело удивленно и растеряно.

-Как… как ты узнала? — выдохнул он.

-Видела вас несколько раз вместе,- соврала я и пожала плечами.

Его глаза забегали: он пытался вспомнить, где же мог проколоться. Повисло молчание.

-Ну и мразь же ты,- я взяла сумку с заранее приготовленными вещами, коих было немного: мы только собирались съехаться, и вышла из квартиры.

Я не плакала, пока шла до остановки, не плакала, когда ехала в автобусе, и даже дома. Прорвало меня спустя несколько дней,  когда я действительно увидела их вместе: он вел ее под руку так же, как и меня, целовал ее руки. И смотрел так же. Влюбленно.

Мне сначала показалось, что с ним иду я, потом – что меня разыгрывают. А потом я вспомнила его нервно бегающие глаза. И заплакала.

Вот, в общем-то, и вся история.

 

***

-Я вставляю.

Толчок – и Дана застонала. Парень губами поймал ее стон и поцеловал. И начал ритмично двигаться. Имя этому парню – Вик. Виктор. Дана вспомнила, как его зовут спустя месяц их отношений (хотя уже на первом свидании они поцеловались, а через две недели – первый раз переспали).

-Вик!- закричала она, хотя в внутри выкрикивала совсем другое имя.

— Быстрее, Вик,- зашептала она ему,- быстрее, я…

И закричала, достигнув оргазма. Вик подоспел секундой позже. Напрягся всем телом и глухо зарычал. Потом поцеловал Дану и расслабленно откинулся на подушки.

-Послушай, мне надо ненадолго уехать,- начал он,- буквально на неделю. Справишься без меня?

-Постараюсь. Но буду очень по тебе скучать,- Дана коготком вырисовывала что-то у него на груди. Ей и правда было немного грустно: целую неделю без секса! Для нее это было немного тяжело.

-Не волнуйся, милая,- он взял ее за руку и чуть сжал,- я постараюсь недолго.

Дана грустно улыбнулась.

 

***

Евино приглашение я приняла с решительным настроем завалить ее в постель. Во мне кричала неудовлетворенность. «Уж лучше с ней, — думала я,- чем с первым встречным». Да, я и правда была на пределе. Вино, которым угостила Ева, только усилило мое желание, но наброситься сразу я не нее не могла. Я хоть и сволочь, но занимаюсь сексом только по обоюдному желанию.

Я дождалась, пока она напьется и задремлет, и осторожно поцеловала ее.  Евины ресницы дрогнули, она посмотрела мне в глаза и замерла, словно крольчонок, попавшийся в ловушку хитрой лисы.

-Закрой глаза,- говорю.

Спустя секунду, она подчинилась. Видите? Я никогда не сплю лишь по собственному желанию. Всегда спрашиваю разрешения. Не вслух, но все понимают.

Я накрыла ее губы настойчивым поцелуем, и она мне ответила. Между тем, я была уже сверху и снимала с нее ночную сорочку. Мои руки исследовали ее тело на слабости весь с огромным успехом. И так, ключицы, потом шея и ниже, к груди. Именно такой порядок заводит ее больше всего. Когда я добралась до ее сосочков, она застонала. Я улыбнулась про себя. Несмотря на ее детский голос, ее стоны очень сексуальные.

Моя рука начала спускаться ниже, но тут Ева оказалась сверху и начала покрывать поцелуями мою шею, даже как-то слишком быстро спускаясь к груди. Долго же ты ждала. Но она, сама того не зная, угадала, что я люблю страстные  поцелуи и быстрый, жадный темп. Когда она куснула мой сосок, теперь уже застонала я, но она на этом не остановилась. Спускалась все ниже и ниже, кусала и зализывала укусы внутри бедер, но не касалась киски. А мне уже хотелось кричать об этом и рычать от неудовлетворенности. Но тут она вскакивает с кровати и плетется в ванную.

-Ты куда?- спрашиваю.

-Я.. мне нехорошо,- ответила она. И в доказательство налетела на дверной косяк, а потом в закрытую дверь. М-да уж, и правда нехорошо. Настолько возбудиться, что головой двери прошибать.

Я вздохнула и перевернулась на другой бок. Похоже, удовлетворения мне сегодня не светит.

 

Утром проснулась от того, что кто-то нагло закинул на меня свою ногу. Ева.  Помню, в первый раз, когда я у нее ночевала, она сначала отняла у меня одеяло, а потом спихнула с кровати: вот она, привычка спать одной. А сейчас вот только ногу задирает. Ну, не так уж и страшно. Я приподнялась на локте и взглянула на спящую Еву. Как она во сне умудряется быть такой милой? В отличие от меня: я утром похожа на дранную курицу, отсюда привычка вставать раньше всех и бежать приводить себя в порядок. Но с Евой я могу позволить полностью расслабиться, она видела меня и в еще худшем состоянии, когда я болела.

Я погладила ее по голове и поднялась с постели. Время готовить ее любимые блинчики в знак извинения за то, что довела ее такого состояния. Я хихикнула. Ну, да, перестаралась чутка.

Ева зашла на кухню, когда я дожаривала последнюю партию блинов, выжидающе на меня уставилась: как же я отреагирую? Она еще такой ребенок. Я улыбнулась ей, как ни в чем не бывало.

-Как спалось, дорогуша?

-А?- вынырнула из своих мыслей Ева,- хорошо.

В ее голосе слышались растерянность и разочарование.

-Садись за стол, уже все готово.

Я дождалась, пока она сядет и начнет завтракать:

— Извини меня, пожалуйста, за вчера, не хотела, чтобы так вышло. Это все алкоголь. Давай, это все останется между нами, секретом, хорошо?

Ева уткнулась в тарелку и долго молчала, потом кивнула и вышла из-за стола.

-Мне пора, — говорит,- дела есть.

Я не поняла реакцию Евы. Почему она так огорчена? Я сделала что-то не так? Это был первый раз, когда на меня так реагировали после ласк и секса. Может, надо было дождаться ее из душа и продолжить? Да нет, насколько я помню, она сразу же уснула. Тогда, может, она не хотела этого со мной? Нет, я же ей нравлюсь. Тогда, не готова была? Ага, вон, как соски кусала.

-Так,- рассуждала я,- я перед ней извинилась за плохое самочувствие. Могла ли она переиначить мои слова, понять их со своей стороны? Типа я извинялась за саму ночь с ней, так что ли?

И замерла, осененная догадкой.

Я знаю Еву достаточно хорошо, чтобы она могла так глупо подумать. Но объясняться я с ней не хочу, по крайней мере, не буду делать первый шаг. Надо ей, пусть и делает.

 

***

И так прошли дни, приехал Вик, и Дана забыла об этих мыслях, полностью отдавшись сексуальным потехам. Она отыгралась на Вике за все время его отсутствия, чему он был даже рад. Но Ева все не писала и не звонила. Так они дотянули до ее дня рождения. Тут уж Дана не могла проигнорировать евин праздник: заранее забронировала билеты в теплые края и стала ждать день рождения.

 

***

-Евасднемрождения!- прокричала я в трубку.- Пойдем гулять.

На том конце провода ошарашенно молчали.

-Ау, ты там язык проглотила что ли?- со смехом произнесла я.

-Можно и так сказать…

-Выходи на улицу,- я не стала дожидаться дальнейших ее слов,- я возле твоего дома жду.

И скинула трубку.

Пока ждала ее, вспомнила, когда мы гуляли с Виком, нас заметил мой бывший. И так повторялось практически каждый день. При виде нас лицо его каменело, руки сжимались в кулаки. А я становилась все веселее. Я целовала Вика, давала ухватить себя за ягодицы и поднять на руки. Я с наслаждением ждала конца его терпению.

Он раскололся очень быстро: даже месяца не прошло, а я только входила во вкус. Он позвонил мне с целью встретиться. Я согласилась. Накрасилась, надела самое лучшее свое платье и красиво уложила волосы. Ты попался, зайчонок.

Я специально опоздала на 15 минут. По нему было видно, с каким облегчением он вздохнул, когда я пришла.

-Знаешь,- начал он, когда я села за столик,- я был неправ, поступая так с тобой. Даже не то, чтобы не прав,- тут же исправился он,- я совершил поступок, недостойный твоего прощения. Но все же я рискну тебя спросить: «Давай начнем все заново?»

— И тебя даже не останавливает тот факт, что у меня есть молодой человек?- я иронично подняла бровь.

-Брось его. Брось, ведь со мной тебе намного лучше было,- я заметила в его глазах странные огоньки.

-Вот именно, дорогой. Было. Я не собираюсь к тебе возвращаться.

Он прерывисто вздохнул и взял мою ладонь. Руки его дрожали.

— Я ни на день не забывал о тебе. Ты вся в моих мыслях. Я даже ради тебя расстался с Анной. Прошу тебя…- он умоляюще заглянул мне в глаза. Мне стало противно. Я вырвала свою руку из его хватки, встала и направилась к выходу. Мне вдруг поскорее захотелось избавиться от всего этого.

-Стой!- крикнул он.- Не уходи, прошу тебя!

Все в кафе замолчали и обратили все внимание на нас. Мне стало неловко, и я поспешила выйти.

-Дана! Дана! Постой!- он выбежал из кафе вслед за мной. Я остановилась, не поворачиваясь к нему. Он обнял меня сзади и прижался щекой.- Мы же еще не договорили, милая.

-Спасибо,- говорю,- тебе за то, что бросил меня,- я высвободилась из его хватки.- Я поняла, каким мудаком ты был.

Он чуть не плакал, зато я без сожалений ушла. Я была довольна.

Я улыбнулась.

-А вот и я,- из подъезда выбежала Ева и села рядом со мной на скамейку.- О чем думаешь?

-Да вот, не знаю, куда же нам с тобой сходить?- я задумчиво погладила подбородок.- Куда вот ты хочешь?

Ева, как и ожидалось, выбрала поход в японский ресторанчик на Васильевском, где мы вкусно покушали, а потом направились на набережную.

-Это место,- говорит Ева,- куда я частенько прихожу подумать. Теперь оно и твое тоже.

Я обняла ее и поцеловала в щеку:

-Так нечестно, сегодня я должна дарить тебе подарки. Кстати о них…- я покопалась в сумочке  и достала пару билетов.- Держи, это тебе.

Ева взяла билеты и, прочитав название места назначения, засияла и запрыгала.

-Спасибо!- кричит.- Большое тебе спасибо!

А потом крепко меня обняла. Я улыбнулась и потрепала ее по волосам.

-Готовься, милая, мы едем в Коста-Рику!

 

***

 

Дана лежала на песке и мрачно смотрела на безоблачное небо. Она не ожидала, что все закончится так.

Утром они проснулись вместе и пошли на лазурный берег, что был в 2 минутах от их домика. Бегали друг за другом… Потом  Дана специально упала на песок и потащила за собой Еву. Она оказала над Даной. Выждала несколько секунд и поцеловала ее. Тут-то и загорелось в обоих возбуждение. Дана залезла под евину футболку, поглаживая спину и соски, евины же руки продвинулись еще дальше: сначала она ласкала клитор, а потом двумя пальцами проникла внутрь Даны.

Дана задрожала, из груди отчаянно рвался стон. Ева неумолимо усиливала темп, ее глаза помутнели от возбуждения, она так же, как и Дана, дышала часто.  Ева заставляла выгибаться и открывать ноги навстречу ее ласкающим рукам. Рывок – и уже она снизу, данины губы обхватывают ее и…

 

***

-Стой, — сказала Ева и отстранила меня,- погоди.

«Чего ждать, я уже на пределе!»- хотелось крикнуть мне. Но вместо этого я изобразила на своем лице беспокойство:

-Что такое?

-Извини, но я не могу так… Мне кажется, мы совершаем ошибку.

Ошибку?! Да, совершаем! Мы сейчас остановились, а я этого не люблю. Ты уже остановилась один раз, еще раз я этого сделать не позволю.

-Ошибку в чем?- я всеми силами старалась не зарычать, пыталась не повалить ее на песок и доделать дело. Нужно быть терпеливой.

Ева опустила голову и пробормотала:

-В том, что делаем это.

Я нахмурилась и слезла с нее. Меня все больше злила вырисовывающаяся ситуация. Терпи, Дана.

-Ты считаешь ошибкой то, что мы целуемся?

Она покраснела и что-то промямлила. Что-то типа «да и нет». Мне захотелось треснуть ее. Почему она не может выражаться яснее? Я вздохнула. О боги, за что мне это дитя.

-Я люблю тебя и позволяю это сделать, так как я люблю тебя. В этом заключается моя ошибка?- я говорила ей то, что она хотела услышать, чтобы она дала мне то, что хочу я.

Евины глаза округлились, а щеки покраснели. Ну, еще чуть-чуть, и мы продолжим  с чего начали.  Но мои планы неминуемо были разрушены:

— Любишь меня?- отчаянно выкрикнула она.- В то время как целуешься с другим?- ее голос дрожал от сдерживаемых слез.- Да уж, хороша любовь. За дуру меня держишь?

О, вот почему она так себя ведет. Где-то увидела меня с Виком, значит. Хочет, чтобы я выбрала. Не терпит быть на втором плане.

-Я не обязана перед тобой отчитываться. Не взваливай на меня ответственность. Не имеешь права.

Ева стремительно менялась в лице. Из возбужденной и раскрасневшейся  в подавленную и обиженную. Мне это дело очень не нравилось. А особенно бесило, когда кто-то распускал нюни. И я в том числе. Почему-то стало грустно, но вместе с тем сердце разрывала ярость. Ее счастье, что я еще не ударила ее.

-В последнее время ты все меньше стала уделять мне внимания. Ты не интересуешься ни моей жизнью, ни моими чувствами и переживаниями. Тебя интересует только твоя жизнь, и когда мы встречаемся, то только говорим, что о тебе.

Я смотрела за горизонт, в ту точку, где море касалось с небом. Мне было жаль Еву. Но прогибаться под нее, а тем более цепляться за нее я не собиралась.

— А ему всегда интересна моя жизнь и что у меня на душе. Он старается знать обо мне больше и всегда уделяет мне много внимания. В отличие от тебя. Из-за этого, я чувствую себя любимой и нужной,- я улыбнулась.- Раньше такие тёплые чувства возникали и с тобой, но сейчас ты совсем забыла обо мне и то, что мне нужно твоё внимание, поддержка и забота. Ты мне не даёшь этого, а он дает,- я посмотрела на нее.- Возможно, что ошибку совершаю я, а не ты?

«Все. Назад пути нет»,- обреченно подумала я.

-Знаешь,- Ева поднялась с песка и утерла слезы,-  я считала тебя другой, а ты оказалась… такой эгоисткой. И это ты помешана на себе, а не я. И я не хочу быть заменой. Мне жаль этого парня.

Она сказала что-то еще, но я не расслышала – слишком тихо было сказано. Да, милая, я именно такая. Именно в такую ты влюбилась. И твоя любовь, твое представление обо мне, разбились о настоящую меня.

Сделав пару шагов, Ева вдруг остановилась, чтобы сказать:

-Как же я в тебе разочаровалась,- зло бросила она. Я ухмыльнулась и ответила:

-Как и я в тебе.

Я наблюдала, как она скрывается за пальмами, и в душе моей было пусто. Я ведь планировала отдохнуть от всего этого душой и телом. Вместе с Евой. Сбежать не получилось.

 

***

Дана зашла в домик спустя несколько часов прогулки по побережью. Это здорово промыло ей мозги и остудило голову. Но в душе по-прежнему было пусто. Евы в домике уже не было. Как и ее вещей.

-Уехала…- проронила Дана. И по щекам ее текли слезы.

 

Она пробыла там еще пару дней и прибыла домой ровно в срок, как и обещала Вику. Увидев его в аэропорту, бросилась с объятиями.

-Эй, Дан, ты чего?- недоуменно отозвался он.- Случилось что?

Насколько Вик помнил, она редко когда одаривала его такими вот объятиями. Да что там, до сих пор ни разу не говорила о своих чувствах, а тут такое… Даже без понятия что делать, как реагировать.

Дана мотнула головой:

-Соскучилась просто.

И обняла еще сильнее.

 

Яндекс.Метрика